Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  2. Витеблянин, на которого пожаловались из-за «прожарки» коллеги на закрытом мероприятии, рассказал, чем закончилась история
  3. В Минске будут судить 16 участников секты «ИВДИВО». На допросах они утверждали, что общаются со «смотрящим» за нашей планетой
  4. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями
  5. «Выхожу в стрим и просто рассказываю всю дичь». Тихановский представил свою версию инцидента с участием Светланы в Нью-Йорке
  6. «Это такая мелкая, мерзкая месть Романа». Софья Сапега рассказала, как ее обманом сняли для передачи Протасевича
  7. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  8. Экс-политзаключенный Северинец: «Сяргей Ціханоўскі перайшоў чырвоную рысу»
  9. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  10. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  11. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  12. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  13. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  14. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  15. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  16. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  17. В Беларуси даже подаренная квартира может стать общей при разводе. Юристка объяснила почему


/

Новое исследование, опубликованное в журнале Frontiers in Psychology, показало, что даже самые передовые языковые модели, вроде ChatGPT, испытывают серьезные трудности при попытке интерпретировать метафорический язык в политических выступлениях. Ученые проанализировали четыре ключевые речи Дональда Трампа, произнесенные с середины 2024 по начало 2025 года — после покушения, после победы на выборах, в день инаугурации и при обращении к Конгрессу. Эти тексты были выбраны из-за их высокой эмоциональной насыщенности и частого использования метафор, формирующих яркие образы, способные вызывать отклик у избирателей, пишет PsyPost.

Президент США Дональд Трамп выступает на заседании кабинета министров в Белом доме в Вашингтоне, округ Колумбия, США, 8 июля 2025 года. Фото: Reuters
Президент США Дональд Трамп выступает на заседании кабинета министров в Белом доме в Вашингтоне, округ Колумбия, США, 8 июля 2025 года. Фото: Reuters

Исследователи адаптировали метод критического метафорического анализа для работы с ChatGPT-4. Модель должна была распознать метафоры, понять контекст, классифицировать образы и объяснить, какую эмоциональную или идеологическую функцию они выполняют. В количественном плане результат был неплохим: из 138 фрагментов речи ChatGPT правильно определил 119 метафор, что дало уровень точности около 86 процентов. Но при ближайшем рассмотрении обнаружились систематические сбои в логике модели.

Наиболее распространенной ошибкой стало смешение метафор с другими выражениями. Например, фраза «Вашингтон — это ужасное поле боя» была ошибочно распознана как метафора, хотя на деле это прямолинейное преувеличение с эмоциональной окраской. Модель также склонна переусложнять простые обороты: она интерпретировала выражение «ряд смелых обещаний» как пространственную метафору, хотя никакого переносного смысла там нет. Еще один типичный сбой — путаница имен собственных и метафор. Так, термин «Железный купол» — израильская система ПВО — был принят ИИ за метафору, а не за техническое название.

Анализ показал, что ChatGPT уверенно справляется с часто используемыми образами, связанными с движением, силой, здоровьем или телесностью. Например, фразы вроде «мы поднимаемся вместе» или «вернем закон и порядок» были верно классифицированы как метафоры действия и власти. Но в более редких тематиках — например, в метафорах, связанных с растениями или едой — модель оказалась менее точной. Она либо не распознавала образы вообще, либо ошибочно воспринимала буквальные выражения как переносные.

Исследование также вскрыло более глубокие проблемы. Во-первых, результаты работы ChatGPT сильно зависят от того, как сформулирован запрос. Небольшое изменение в инструкции может привести к совершенно другому результату. Во-вторых, модели не имеют доступа к культурному опыту, эмоциональному контексту и социальным кодам — всему тому, что люди интуитивно используют при восприятии речи. И, наконец, обучение на огромных, но неаннотированных корпусах интернета делает языковые модели уязвимыми: они могут легко упустить значимые образы или, наоборот, увидеть метафору там, где ее нет.

Ученые сравнили работу ChatGPT с более традиционными инструментами анализа, такими как Wmatrix и MIPVU. Классические методы оказались медленнее, но более стабильными и точными в определении разных типов метафор. ChatGPT же выигрывает в скорости и удобстве, но требует тщательного контроля со стороны человека.

Авторы исследования пришли к выводу, что языковые модели вроде ChatGPT можно использовать как вспомогательный инструмент для анализа метафор, но не как полноценную замену экспертному мышлению. Особенно в политике, где метафоры апеллируют к коллективной памяти, культурной символике и эмоциональным кодам, машины пока остаются всего лишь учениками — внимательными, но все еще плохо разбирающимися в подтексте.