Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. В Хайфе убили 31‑летнюю беларуску Янину. У нее остался двухмесячный сын
  2. Беларуска похвасталась в соцсетях заработком почти в 4,8 тысячи рублей за выходные. В комментарии пришла налоговая
  3. Эти силовики возглавляли Службу безопасности Лукашенко и имели коттеджи в Дроздах. Как выяснилось, они избавились от жилья
  4. «Были уверены, что в Беларуси достойного погребения не будет». Инна Кулей — о смерти Милинкевича и будущем его наследия
  5. Беларуска откусила мороженое и попала в реанимацию
  6. Вскоре появится изменение, которое затрагивает пенсионеров и семьи с детьми
  7. Россия ограничила вывоз наличных рублей в Беларусь — о какой сумме идет речь
  8. Вышла замуж за владельца «Экомедсервиса», живет во Франции, родила троих детей. Как сложились судьбы солисток группы «Топлесс»
  9. Приговоренная к казни американка пережила смертельную инъекцию
  10. Археологи во время раскопок на Минщине обнаружили «абсолютно уникальный артефакт»
  11. Троллейбус один, а платить за проезд нужно дважды? В «Минсктрансе» объяснили необычное правило
  12. В чате о беларусско-польской границе написали о нетипичных изменениях в работе пункта пропуска «Тересполь». Спросили у пограничников


/

Дефицит работников на рынке труда немного сгладился, но некоторых специалистов все еще остро не хватает. При этом порой запросы у кандидатов довольно высокие. Таким мнением гендиректор «Морозпродукта» Иван Добудько поделился с изданием Myfin.by.

Иллюстративный снимок. Фото: cottonbro studio / pexels.com
Иллюстративный снимок. Фото: cottonbro studio / pexels.com

Руководитель известного производителя мороженого обратил внимание на изменение трендов на рынке труда. По его словам, еще недавно условия во многом диктовали соискатели, а конкуренция за кадры стимулировала рост зарплат.

— Еще недавно это был рынок работника, а не работодателя. IT-сектор тянул вверх зарплатные ожидания в других сферах экономики, но сейчас ситуация чуть выравнивается, хотя осторожность в найме осталась, — отметил Иван Добудько.

Он привел пример, как это выглядит на практике:

— Грузчик в Пуховичском районе получает зарплату около 2000 рублей. Но человек думает не про вакансии внутри района, а про то, что до Минска час на электричке, а там за ту же работу платят 2400. Ради 400 рублей многие готовы вставать на час раньше, — рассуждает Иван Добудько. — Значит, и мы должны ориентироваться на минский уровень — иначе просто не найдем людей. Это и есть та самая медиана, реальный заработный план, а не средняя температура по больнице.

Ситуация с дефицитом кадров по многим рабочим специальностям частично стабилизировалась, однако все еще ощущается «настоящий голод» на линейных менеджеров.

— Парадокс в том, что резюме в этом сегменте много. Открываешь объявление на юриста, маркетолога или экономиста — несколько страниц, есть из кого выбирать. Но когда доходит до дела, студент без опыта хочет минимум 3000 рублей и не может объяснить, что умеет на эти деньги. Или приходит специалист: «Я работал дизайнером». Хорошо, покажи работу. Нам нужно сделать макет, вычитку, отправить в типографию — и тут выясняется, что это сложно. Универсального специалиста за адекватные деньги найти трудно. В маркетинге часто пишут, что могут вести соцсети, а для нас это 5% от того объема работы, который реально закладывается в маркетолога.

Гендиректор этого предприятия считает, что «проблема не в количестве людей, а в их качестве и готовности работать».

— Особенно не хватает менеджеров-управленцев на должностях начальников секторов и отделов. Здесь мы чувствуем голод сильнее всего. И это ставит вопрос о переориентации профессионалов из других областей: нужно помогать людям переквалифицироваться из одной сферы в другую, выстраивать систему с вузами, создавать курсы. Есть и более глубокая проблема — стереотипное мышление о высшем образовании. Человек заканчивает университет в 22, а в 40 вдруг понимает, что всю жизнь хотел быть юристом. Пойти учиться в 40, сидеть за партой с молодыми — морально тяжело. Но это должно стать нормой, это должно поощряться, а не восприниматься как что-то странное.

Иван Добудько обратил внимание на еще одно веяние — желание людей не работать обязательно в офисе с девяти до шести.

— Мы это видим и идем навстречу. У меня с прямыми подчиненными так: работайте где угодно, но есть графики и время встреч, когда вы должны быть. Мне важен результат, а не место. Мои руководители для своих подчиненных сами определяют, кому быть в офисе, а кому нет, — у них есть на это полномочия.