Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Политологу Алине Харисовой сделали предложение — она сказала «да». Кто ее избранник
  2. Актриса обвинила в сексуализированном насилии актера Депардье и писателя Уэльбека
  3. «Это такая мелкая, мерзкая месть Романа». Софья Сапега рассказала, как ее обманом сняли для передачи Протасевича
  4. У забора резиденции Лукашенко вырос небольшой квартал «для своих». Даже у магазина там непростые владельцы
  5. Беларусы массово ищут в Google «военнообязанный». В чем причина?
  6. «Выхожу в стрим и просто рассказываю всю дичь». Тихановский представил свою версию инцидента с участием Светланы в Нью-Йорке
  7. В Минске будут судить 16 участников секты «ИВДИВО». На допросах они утверждали, что общаются со «смотрящим» за нашей планетой
  8. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  9. Экс-политзаключенный Северинец: «Сяргей Ціханоўскі перайшоў чырвоную рысу»
  10. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями
  11. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  12. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  13. Вы слышали имя Шир Хайт? Она написала книгу о том, как получают оргазм женщины — за это ее затравили так, что пришлось уйти в тень
  14. Беларусский политический аналитик рассказал о попытке вербовки со стороны КГБ
  15. В Беларуси даже подаренная квартира может стать общей при разводе. Юристка объяснила почему
  16. Витеблянин, на которого пожаловались из-за «прожарки» коллеги на закрытом мероприятии, рассказал, чем закончилась история
Чытаць па-беларуску


Мы писали, как нынешним летом на беларусско-польской границе выросли очереди из автобусов и ожидание на границе сильно затянулось. Чтобы ускорить процесс, пассажиры таких рейсов пересаживались в автобусы поближе к пункту пропуска. Похоже, теперь этот способ перестал работать. Рассказываем.

Автобус в пропускном пункте "Брест" на беларусско-польской границе. Изображение носит иллюстративный характер. Фото: sputnik.by
Автобус в пропускном пункте «Брест» на беларусско-польской границе. Изображение носит иллюстративный характер. Фото: sputnik.by

Некоторые пассажиры из автобусов в хвосте очереди подходили к тем, что поближе у шлагбаума, и просили пересесть. Если были свободные места, водитель озвучивал цену. Судя по рассказам пассажиров, она варьировалась от 10 евро (35 рублей) до 40 долларов (около 130 рублей). Но теперь сделать это стало намного сложнее.

— Возле въезда дежурит транспортная милиция и проверяет наличие чеков, билетов, кассовые рапорта у водителей. Многие боятся брать пассажиров, — написал читатель «Зеркала».

О том, что такой лайфхак больше не работает, сообщили и в Межрегиональной ассоциации перевозчиков (МАП). Информацию об этом ассоциации подтвердили в нескольких источниках.

— По сообщению водителей автобусов, контроль в этом плане ужесточен. На подъезде к пункту пропуска работают представители транспортной инспекции и других контролирующих органов. Что проверяют? Прежде всего соответствует ли количество пассажиров в салоне ведомостям или другим сопровождающим документам, — сообщили в МАП и добавили, что нарушившим водителям «грозит внушительный штраф».

Информацию подтвердили в филиале транспортной инспекции по Брестской области, куда журналистка «Зеркала» обратилась под видом пассажирки.

— Да, мы будем проверять. Мы будем проверять билеты на этот автобус, когда пассажиры получили их, что почем, — сообщили сотрудник и добавил, что их инспекторы проверят, на какой именно автобус куплен билет у пассажира.

Другой специалист инспекции, который подключился к разговору, обратил внимание, что оплату пересадки нельзя назвать покупкой билета. По его словам, на международных рейсах сейчас нет возможности купить квиток у водителя и получить нужные документы.

— Я не слышал, чтобы в международных автобусах так продавали билеты. Обычно в кассе на вокзале, — пояснил собеседник.

Вопросы о том, что делать с долгим ожиданием на границе, сотрудник назвал провокационным и предложил задать их лично.