Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Приговоренная к казни американка пережила смертельную инъекцию
  2. «Работать не равно зарабатывать». Беларуса заинтересовало, кто в Минске получает 4000 рублей
  3. Стратегия по изоляции режима Лукашенко, которая была на протяжении шести лет, не работает — Колесникова
  4. «Куда твой коньяк заберут? Куда твои овощи, фрукты заберут?» Лукашенко посоветовал Пашиняну не торопиться в Евросоюз
  5. В чате о беларусско-польской границе написали о нетипичных изменениях в работе пункта пропуска «Тересполь». Спросили у пограничников
  6. «Такое впечатление, что из-за угла может зомби выскочить». Как сейчас выглядит заброшенный комплекс «Логойск»
  7. «После рождения сына жизнь Яны превратилась в ад». Мать погибшей в Израиле беларуски рассказала подробности трагедии
  8. «Называют это состояние парадоксом». Экспертка рассказала, что происходит на рынке недвижимости в Минске
  9. Какие есть правила, чтобы ситуаций, как с рейсом Flydubai, не случалось? И почему они не сработали? Спросили у пилота «Белавиа»
  10. Помните пару, которая поехала в Нидерланды, чтобы заработать на дом? У них есть новости
  11. Лукашенко «в общем-то, не возражает» против освобождения политзаключенных «в определенной степени» — глава МИД Рыженков


/

Владелицу гродненского бара оштрафовали на 210 рублей за нарушение ночного режима работы. Однако в центре истории не штраф: местные власти требуют от нее то, что не предписано законом, пишет Hrodna.life.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

Бар «Р», который принадлежит фирме «Н» (в информации из судов дают только первую букву названия), дважды в 2025 году работал после 23.00 без согласования с горисполкомом. За это в апреле 2025 года Экономический суд Гродненской области оштрафовал владелицу на пять базовых величин — 210 рублей.

Согласно беларусскому законодательству, чтобы продавать алкоголь ночью — с 23.00 до 7.00, — бар должен получить разрешение местного исполкома. А исполком, в свою очередь, решает, соответствует ли заявитель условиям постановления Совета министров № 319.

Когда владелица бара еще в 2024 году обратилась за разрешением на работу в ночное время, Гродненский горисполком ей отказал. Среди причин отказа — отсутствие подключения к республиканской системе мониторинга общественной безопасности.

Проблема в том, что такое требование уже не действует. С 2022 года оно удалено из постановления Совета министров № 319.

Что говорит закон?

Постановление Совета министров № 319, регулирующее торговлю алкоголем ночью, появилось в 2021 году и уже несколько раз обновлялось. В версии, которая действует с 2022 года, вычеркнуто требование подключать бары к республиканской системе. Осталось только требование иметь систему локального видеонаблюдения. И это не то же самое, что подключение к центральной «умной системе», которая в режиме реального времени отслеживает ситуацию и распознает лица через искусственный интеллект.

В общем, требование иметь локальную систему видеонаблюдения не привязано к ночному режиму работы. Оно действует с 2013 года для всех учреждений общественного питания и регулируется постановлением Совета министров № 1164. Другими словами, закон не требует подключать бар к «умному наблюдению», даже если он работает ночью и продает алкоголь.

Либо чиновники Гродненского горисполкома работают по устаревшим нормам, либо сознательно выставляют требования, которых нет в законе, делает вывод издание.

Что такое «умное видеонаблюдение»?

Республиканская система мониторинга — это сеть камер, подключенных к центральной платформе, которая работает с технологиями искусственного интеллекта. Она может распознавать лица, отслеживать перемещения людей и даже читать номерные знаки.

Власти называют систему «гарантом безопасности», однако общественные организации отмечают, что она также используется для контроля и политического преследования. Например, согласно расследованию BYPOL, именно благодаря этой системе был задержан журналист Николай Дедок в 2020 году.

По данным МВД, в 2025 году по всей Беларуси работают уже 60 тысяч таких камер. Взрывной рост их количества произошел в течение последних пяти лет — в конце 2020 года их было только 700.