Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Витеблянин, на которого пожаловались из-за «прожарки» коллеги на закрытом мероприятии, рассказал, чем закончилась история
  2. В Беларуси даже подаренная квартира может стать общей при разводе. Юристка объяснила почему
  3. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  4. «Это такая мелкая, мерзкая месть Романа». Софья Сапега рассказала, как ее обманом сняли для передачи Протасевича
  5. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  6. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  7. В Минске будут судить 16 участников секты «ИВДИВО». На допросах они утверждали, что общаются со «смотрящим» за нашей планетой
  8. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  9. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  10. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  11. Экс-политзаключенный Северинец: «Сяргей Ціханоўскі перайшоў чырвоную рысу»
  12. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  13. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями
  14. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  15. «Выхожу в стрим и просто рассказываю всю дичь». Тихановский представил свою версию инцидента с участием Светланы в Нью-Йорке
  16. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  17. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»


/

Украина сосредоточилась на двух ключевых направлениях в стратегии глубоких ударов по России. Одно из них — поражение нефтяной промышленности РФ, второе — удары по оборонной промышленности. Об этом в интервью итальянской газете Il Foglio рассказал глава Главного управления разведки Украины Кирилл Буданов, пишет УНИАН.

Глава Главного управления разведки (ГУР) Министерства обороны Украины генерал Кирилл Буданов. Фото: Reuters
Кирилл Буданов. Фото: Reuters

По словам Кирилла Буданова, Киев изменил способ ведения войны. Изобретательность, инновации и стратегия позволили Украине удерживать линию фронта и наносить глубокие удары по военным и стратегическим целям на территории России.

В последние дни Вооруженным силам Украины удалось поразить Брянский химический завод, который производит порох, взрывчатку и компоненты для ракетного топлива, и нефтеперерабатывающий завод в Дагестане. Разница между украинскими и российскими атаками очевидна.

«Мы не ведем целенаправленную войну против общества Российской Федерации», — подчеркнул Буданов.

Он добавил, что украинские глубокие удары уже дают результаты, что подтверждают данные о российском экспорте углеводородов и нефтепродуктов. Украина почти исключила Россию из сектора экспорта бензина.

Этот успех обусловлен тем, что российские средства ПВО сосредоточены вдоль границы, на оккупированных украинских территориях, а также для обороны Москвы и Санкт-Петербурга.

«Когда вы обходите систему, развернутую вдоль нашей границы, полеты наших беспилотников над Российской Федерацией всегда беспроблемны», — говорит Буданов.

Следующее развертывание ПВО — это защита конкретного объекта. Буданов говорит: «Российская Федерация сейчас пытается увеличить их количество, но объемы слишком велики, чтобы защитить все».

Кирилл Буданов добавил, что нужно посмотреть на графики. Россияне пытаются компенсировать убытки, «экспортируя больше сырой нефти и сжиженного газа, чтобы сбалансировать свои бюджетные доходы». Что касается атак на российскую оборонную промышленность, «последствия есть, но они менее ощутимы».

«Эти последствия труднее расшифровать, потому что мы создаем проблемы для темпов российского военного производства», — добавил Кирилл Буданов.