Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  2. «Двухметровый стокилограммовый мужчина-клинер». Беларус променял работу менеджера на уборку — и его все устраивает
  3. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  4. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  5. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  6. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  7. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  8. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  9. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  10. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  11. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  12. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  13. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  14. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  15. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  16. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  17. «Одно слово на польском — пять суток ШИЗО. Рискнешь?» Экс-политзаключенный рассказал о самом «удивительном» запрете в колонии


/

Двое северокорейских военнопленных, которые прибыли в Украину воевать на стороне России и были захвачены в начале 2025 года, заявили, что хотят уехать в Южную Корею. Об этом рассказал руководитель южнокорейской организации, помогающей перебежчикам из КНДР, Чан Се-юль, передает Yonhap.

Один из взятых в плен в Курской области северокорейских военных. Фото: телеграм-канал Владимира Зеленского
Один из взятых в плен в Курской области северокорейских военных. Фото: телеграм-канал Владимира Зеленского

По словам активиста, документалист из Южной Кореи посетил лагерь для военнопленных под Киевом и встретился с двумя северокорейскими пленными — мужчинами в возрасте около двадцати лет. Во время разговора они расплакались и попросили увезти их в Южную Корею.

О пленении северокорейцев стало известно еще в январе 2025 года: президент Украины Владимир Зеленский сообщил, что их захватили в бою в Курской области, где они воевали на стороне российской армии. Первоначально переехать в Южную Корею хотел только один из них, но после последней встречи оба утверждают, что не желают возвращаться на родину.

Украинские специалисты отмечают у пленных признаки психологической нестабильности и сообщают, что ранее у них фиксировались попытки членовредительства. У одного из северокорейцев над койкой висят нарисованные вручную портреты Ким Чен Ына — по мнению активистов, это может говорить о страхе перед последствиями возвращения в КНДР, где попадание в плен считается предательством.

Эти солдаты, как считают правозащитники и эксперты, входят в число примерно 15 тысяч военнослужащих, которых Северная Корея отправила на помощь России еще осенью прошлого года. Официальный Пхеньян этого не признает, но сообщения о северокорейских подразделениях на фронте регулярно появляются в западных аналитических сводках.

Южная Корея уже уведомила Киев, что готова принять северокорейских пленных, если их намерение будет подтверждено. Однако пока никаких реальных шагов по их передаче не предпринято: вопрос требует отдельного решения и согласования с украинскими властями и международными структурами, которые следят за соблюдением правил обращения с военнопленными. Если процесс затянется, решать судьбу пленных придется дипломатам.