Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Одно слово на польском — пять суток ШИЗО. Рискнешь?» Экс-политзаключенный рассказал о самом «удивительном» запрете в колонии
  2. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  3. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  4. «Двухметровый стокилограммовый мужчина-клинер». Беларус променял работу менеджера на уборку — и его все устраивает
  5. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  6. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  7. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  8. «Подругу за пять смен оштрафовали на 140 рублей». Беларусы рассказали, сколько на самом деле зарабатывают на складе Wildberries
  9. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  10. Турецкий миллиардер заметил 17-летнюю беларуску и женился на ней. Рассказываем, как сложилась их история и что было после его смерти
  11. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  12. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  13. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  14. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  15. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  16. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»


Прокуратура Южной Кореи потребовала вынести бывшему президенту Южной Кореи Юн Сок Ёлю смертный приговор, если он будет признан виновным в неудавшейся попытке ввести военное положение в стране в декабре 2024 года, пишет Русская служба Би-би-си.

Юн Сок Ёль выступает с речью об объявлении военного положения в Сеуле, Южная Корея, 3 декабря 2024 года. Фото: Reuters
Юн Сок Ёль выступает с речью об объявлении военного положения в Сеуле, Южная Корея, 3 декабря 2024 года. Фото: Reuters

Суд в Сеуле во вторник заслушал заключительные аргументы по делу Юна, в рамках которого он обвиняется в руководстве мятежом.

За одни лишь сутки в начале декабря 2024 года политическая ситуация в Южной Корее кардинально менялась несколько раз.

Сначала президент ввел военное положение, затем парламент заблокировал это решение, после чего депутаты от оппозиции, у которых в парламенте было большинство, внесли законопроект об импичменте президенту, он был арестован и предстал перед судом.

Руководство мятежом — самое тяжелое обвинение, предъявленное Юну, — предусматривает смертную казнь или пожизненное заключение. Согласно южнокорейскому законодательству, в делах о мятеже прокуроры обязаны ходатайствовать перед судом либо о смертной казни, либо о пожизненном сроке.

Юн отвергает все обвинения, утверждая, что введение военного положения носило символический характер и было призвано привлечь внимание общественности к злоупотреблениям со стороны оппозиции.

Южная Корея не приводила в исполнение смертные приговоры почти 30 лет. В 1996 году бывший военный диктатор Чон Ду Хван был приговорен к смертной казни за захват власти в результате военного переворота в 1979 году, однако позже его приговор был смягчен до пожизненного заключения.

Спецпрокуроры по делу Юна утверждают, что, хотя в результате его попытки ввести военное положение никто не погиб, намерения Юна были не менее насильственными.

Один из военачальников, давший показания в суде, утверждал, что Юн отдавал приказы об аресте законодателей.

В качестве доказательства также был представлен меморандум одного из разработчиков плана введения военного положения — бывшего военного офицера, — в котором содержалось предложение «устранить» сотни людей, включая журналистов, профсоюзных активистов и парламентариев.

В прошлом месяце прокуроры также потребовали для бывшего президента 10 лет тюремного заключения по обвинениям в воспрепятствовании правосудию и других преступлениях, связанных с попыткой введения военного положения.

Процесс по делу о мятеже против Юна был объединен с делами двух других высокопоставленных представителей его администрации — бывшего министра обороны Ким Ён Хёна и бывшего начальника полиции Чо Джи Хо.

Приговоры Юну и другим обвиняемым в случае признания их виновными, как ожидается, будут вынесены в феврале.

Декабрьские события

Поздним вечером 3 декабря 2024 года президент Южной Кореи Юн Сок Ёль выступил с экстренным обращением. Он объявил о введении военного положения (впервые с 1979 года) и назвал его необходимой мерой для защиты конституционного порядка от «коммунистических сил» и угроз, якобы исходящих от КНДР.

Президент упомянул и «антигосударственные элементы», которые, как он выразился, необходимо «искоренить».

Южнокорейские СМИ вели прямую трансляцию с улиц и из здания парламента — Национального собрания, куда депутаты, игнорируя запрет, пытались прорваться на рабочие места.

Военное положение длилось всего несколько часов. Депутатам удалось собраться в зале Национального собрания и проголосовать за отмену президентского указа.

В результате Юн стал первым действующим президентом страны, который был арестован и привлечен к уголовной ответственности.

Действующий президент Южной Кореи Ли Чжэ Мён был избран в июне 2025 года на внеочередных выборах, проведенных после импичмента Юна.

Несмотря на крах правления Юна Сок Ёля, у него остается много преданных сторонников в правых кругах, которые считают его мучеником — человеком, осмелившимся открыто выступить против либеральной Демократической партии во главе с Ли.

Фигурант громких скандалов

В 2022 году Юн Сок Ёль с минимальным отрывом от своего соперника выиграл президентские выборы. Он представлял консервативную партию «Сила народа», а на выборы шел с антикоррупционной программой.

В свое время он прославился разоблачением высокопоставленных чиновников — сначала как общественный деятель и независимый юрист, потом как прокурор, затем как генеральный прокурор.

При этом во время предвыборной кампании он становился фигурантом нескольких громких скандалов.

Юн обвинял феминисток в общенациональных проблемах с рождаемостью, его самого обвиняли в политически мотивированном преследовании оппонентов и уличали в использовании шаманских практик во время дебатов.

Кроме того, он одобрительно высказывался о периоде правления ультраправого президента Южной Кореи Чон Ду Хвана (1980–1988), установившего в стране военную диктатуру.

За эти высказывания Юну позднее пришлось извиняться.