Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  2. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  3. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось
  4. «Я им жестоко ответил, просто резко». Лукашенко заявил, что США интересовались новыми задержаниями беларусов для «обменного фонда»
  5. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  6. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  7. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  8. Си Цзиньпин на переговорах с Трампом и Путиным заявил, что страны должны преодолеть «ловушку Фукидида». Что это за концепция
  9. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  10. В Минске в тестовом режиме запустили оплату проезда банковскими картами. Как контролеры будут проверять билеты
  11. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  12. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  13. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  14. Протасевич отреагировал на большое интервью Сапеги «Зеркалу» — видимо, для этого ее обманули
  15. «Двухметровый стокилограммовый мужчина-клинер». Беларус променял работу менеджера на уборку — и его все устраивает
  16. Мать 1,5 года без сознания, отца признали виновным, двое детей — одни. Как сейчас семья, попавшая в резонансное ДТП в Витебской области
  17. «В школе, когда привел сына, немножко напряглись». Беларус растит двоих детей с серьезными заболеваниями


/

Иран сокращает добычу нефти и наращивает плавучие запасы на фоне ужесточения морской блокады США в Ормузском проливе. Давление на ключевой источник доходов страны усиливается, однако Тегеран пытается выиграть время, опираясь на многолетний опыт противостояния санкциям, пишет Bloomberg.

Фото: Reuters
Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: Reuters

По данным источников издания, близких к иранским властям, экспорт нефти в последние недели резко снизился, а хранилища быстро заполняются. В ответ власти начали превентивно снижать добычу, чтобы избежать ситуации, при которой емкости будут полностью исчерпаны и придется экстренно останавливать скважины.

Ключевая особенность текущей стратегии — контролируемое сокращение производства. Иранские инженеры, имеющие опыт работы в условиях санкций и вынужденных остановок, научились временно «консервировать» скважины без существенного ущерба для месторождений и быстро возвращать их в эксплуатацию.

В отличие от предыдущих лет, когда Иран мог обходить санкции за счет так называемого теневого флота и скрытых поставок, нынешняя ситуация осложняется физическим присутствием США в регионе. Блокирование судоходства в районе Ормузского пролива фактически ограничивает возможность вывоза нефти морским путем, что приводит к накоплению десятков миллионов баррелей сырья.

Чтобы компенсировать снижение экспорта, Тегеран активно использует плавучие хранилища. В районе острова Харг — главного экспортного терминала страны — сосредоточено все больше танкеров, включая старые и выведенные из эксплуатации суда, используемые для временного хранения нефти. По оценкам аналитиков, суммарный объем такого хранения может достигать 65−75 млн баррелей.

Тем не менее возможности этой схемы ограничены. По оценкам экспертов, при текущем уровне добычи Иран может столкнуться с полным заполнением хранилищ уже в течение ближайшего месяца. В этом случае стране придется дополнительно сокращать добычу до уровня, соответствующего внутреннему потреблению и ограниченным альтернативным каналам экспорта.

Среди таких альтернатив рассматриваются поставки по суше — в Турцию, Пакистан и страны Центральной Азии. Однако их объемы существенно ниже морских перевозок и не способны полностью компенсировать потери. Также обсуждаются более сложные логистические схемы, включая железнодорожные поставки в Китай, но они менее выгодны экономически.

На фоне происходящего цены на нефть выросли до максимума за последние четыре года, что частично играет на руку Ирану, увеличивая давление на США и мировую экономику. В Тегеране рассчитывают, что смогут дольше выдерживать экономические потери, чем их оппоненты — последствия роста цен на энергоносители.

Несмотря на серьезные экономические трудности, включая падение национальной валюты и рост цен внутри страны, иранские власти заявляют о готовности выдерживать давление. Стратегия так называемой экономики сопротивления предполагает адаптацию к санкциям и минимизацию их последствий, а не быстрый возврат к росту.

Эксперты отмечают, что система иранского нефтяного экспорта остается «ограниченной, но функционирующей». За счет гибкости — использования плавучих хранилищ, перегрузки нефти между судами и разнообразных логистических решений — стране удается поддерживать минимальные потоки поставок даже в условиях усиленного контроля.

Однако в долгосрочной перспективе многое будет зависеть от строгости соблюдения блокады и способности Ирана находить новые обходные пути. Пока же противостояние входит в фазу затяжного экономического давления, где ключевым фактором становится время.